
Журналист и путешественник Василий Сапрыкин в своей лекции на «ОКРОШКЕ» 28 июля рассказал о том, что не нужно бояться покинуть родную страну и искать приключений по всему свету.
Журналист, путешественникКаждый день мы проезжали от 400 до 800 километров — это зависело от Артемия Лебедева, вернее, от того, какие города ему интересно было посетить. Проблемы у меня в дороге были серьезные: на полном ходу в автомобиле очень трудно монтировать или писать. Но, к середине путешествия, я приноровился. Потом, когда мы приезжали в какой-то город, первым делом искали кафе, где есть Wi-Fi, и я мог там монтировать. Если же интернета не было, на следующий день я рано просыпался и часа два ходил по городу в поисках интернета, находил его и выкладывал ролики на RuTube.
Особенно запомнилось, как мы снимали солнечное затмение в Новосибирске. Лебедев придумал, что для этого нужно поехать на городскую свалку и снимать затмение оттуда. Это такой апокалиптический пейзаж: вокруг мусор, ходят таджики, у которых нет ни вида на жительство, ни документов; они сортируют мусор и рассказывают разные жуткие истории. На свалку простому человеку попасть очень трудно, но не Артемию Андреичу. Он не особо козырял своим статусом — что он самый крутой веб-дизайнер России; он просто знает, как найти подход к людям. Когда мы приехали на контрольно-пропускной пункт, он просто выдал охранникам очки, через которые можно смотреть затмение, и мы попали внутрь.
Импровизированная выставка фототехники участников этнографической экспедиции. © Василий Сапрыкин
В ходе поездки я, все-таки, увидел самый депрессивный город из всех, что я когда-либо видел — он называется Ерофей Павлович — в честь Хабарова. Там живет примерно 6 000 человек и царит жуткая депрессия. Это был единственный город, где на почте не работал интернет. А жители даже не знали, что это такое. Когда я начал разыскивать в Ерофее Павловиче интернет (мы там застряли дня на три), меня направили куда-то, и, уже на середине пути, я понял, что приду не в интернет, а в интернат. Так оно и вышло.
Я доехал вместе с экспедицией до Благовещенска, после чего вернулся домой, да и деньги уже закончились. А ребята поехали дальше через Монголию, где с ними было много разных происшествий: они умудрились перевернуться в абсолютно ровной монгольской степи, сбили корову, а у Лебедева машина ломалась-ломалась, и, в конце концов, сломалась окончательно. Но за этим я уже следил по его записям в жежешечке, и мне было очень весело.
Экспедиционная Toyota Prado, после аварии в Бурятии. © Василий Сапрыкин
Вещи членов экипажа Toyota, вынесенные после аварии на обочину. © Василий Сапрыкин
Типичный ангольский пейзаж — вид на окраине города Самбакажу. © Василий Сапрыкин
Мне сразу пришлось учить язык: я скачал учебник португальского языка для вузов, параллельно скачал единственный доступный словарь — оказалось, что он был французско-португальский. Еще пару недель — пока я ожидал отъезда на место работы — смотрел португальский канал Fox, на котором показывали «Симпсонов», «Гриффинов», «Американского папу», «Доктора Хауса» на английском языке с португальскими субтитрами. Сначала я выписывал распространенные фразы в блокнот — получилось, что, в принципе, знакомство с романскими языками очень сильно помогает. Через три месяца я заговорил по-португальски. Короче, для того, чтобы выучить язык, нужно поехать в страну, где на нем говорят.
Самая красивая церковь в Анголе. Конец 15 века. Город Камабатела. © Василий Сапрыкин
Пейзажи по дороге из столицы Луанды в провинцию Уиже, Ангола. © Василий Сапрыкин
В Анголе легко остаться живым. Это обычная страна, там живут такие же люди, которые ходят в нормальной европейской одежде, правда, купленной у китайцев. Естественно, есть и опасности: малярия, СПИД, сонная болезнь, желтая лихорадка. От желтой лихорадки у меня была прививка; от малярии прививок не делают, от сонной болезни — тоже. Малярия, наверное, самая опасная болезнь в Анголе, но если вести себя правильно — убивать комаров в помещении перед сном, спать в антимоскитной сетке, ставить вентилятор напротив кровати, пить тоник или что-то крепкое, — то болезни можно избежать. Самое главное — вовремя ее диагностировать и начать лечить. В моей деревне была государственная клиника — самое высокое здание в деревне — но она оказалась как-то не очень. Клиника явно не справлялась с потоком людей, которые живут вокруг. Один раз я даже туда ходил — сдавать кровь.
Стол с анализами крови в больнице города Негаже, Ангола. © Василий Сапрыкин
Едят ангольцы примерно то же самое, что и мы. Самое интересное из еды — маниок, он же — батат, который они жарят, варят, делают из него специфическую кашу.
Клубень маниока. © Василий Сапрыкин
Это ангольский «хипстер» — вот такие ребята ходят там по улицам, хотя, скорее всего, это городской сумасшедший. Но я заметил, что бездомных и алкоголиков там, в принципе, не очень много.
Ангольский «хипстер». © Василий Сапрыкин
Городской пейзаж в Самбакажу, Ангола. © Василий Сапрыкин
Жители Негаже в очереди за бензином на бывшей заправке Shell. © Василий Сапрыкин
Фабрисио, друг Василия Сапрыкина, чистит обувь у уличного чистильщика перед воскресным походом в церковь. © Василий Сапрыкин
Очередь в маршрутное такси Негаже — Уиже, Ангола. © Василий Сапрыкин
Хамелеон Лев — они, оказывается, идеальные домашние животные. © Василий Сапрыкин
Очень важное условие современного рынка труда — быть стрессоустойчивым. Я, например, абсолютно стрессоустойчив. Занимайтесь разными делами, потому что они когда-то пригодятся. Нужно быть готовым ко всему. Не бойтесь куда-нибудь ездить, не бойтесь учить другие языки, не бойтесь работать в других странах — это огромный опыт.
Мартышка Шикинья, домашний питомец Александра и Яры, бразильских топографов в Анголе. © Василий Сапрыкин
Фото: Василий Сапрыкин; Евгений Медведев